бесплатные рефераты

Олигархия

Олигархия

 

Начавшийся 1998 год совершенно очевидно обозначил, что правительство рулить по-прежнему отказывается, но забрезжило иное решение основной проблемы экономического развития — настало время приватизации менеджмента в структурообразующих секторах экономики. Правительство проснулось и дало собственность менеджерам, которых считало эффективными. Было их в ту пору совсем немного, в большинстве своем они были банкирами, благодаря чему тут же и стали настоящими олигархами. Отдавая должное серьезности новых экономических субъектов, мы пытались провидеть их дальнейшее развитие. Прогноз показал, что новорожденные олигархи в течение 1997 года будут быстро матереть, а их владе­ния займут главенствующее положение в экономике, поэ­тому прошлый годовой номер мы и назвали «Тотальная экономика Мы надеялись, что эконо­мика станет тотальной, значит, в конце концов найдутся те, кто будет в состоянии с ней управиться и ей управ­лять. Однако вышло не совсем так. Как вышло, почему вышло и что теперь будет, мы напишем ниже. Напишем и о том, во что и в кого мы верим сегодня.

 

Ожидания не оправдываются

Все говорят: олигархи, оли­гархи. Ну олигархи. Надо же присмотреться к ним повнимательнее — что за люди, как себя ведут, чего хотят.

Про их успехи и достиже­ния все достаточно хорошо и оперативно осведомляются. Но сегодня интереснее было бы понять, почему этих успе­хов не так много, как всем хо­телось бы и как требуется для начала подъема экономики. Вот милая история из жиз­ни крупного банка (глава — «семибанкир»). Некие аме­риканцы задумали создать в России СП — инвестицион­ную компанию с уставным капиталом в 100 тыс. долла­ров. Приходят в этот банк, говорят: «Откройте нам счет, мы положим туда свои дол­лары, а вы потом переведете их в уставный капитал наше­го СП». Те замялись: «Ой, да мы давно этого не делали, да надо искать инструкцию, как это делать. А на черта вам тратить на такие сто тысяч? Продайте Ару] другу компьютер на эту сум­му, да и ладно». Американцы удивились: «У нас, мол, нет столько компьютеров» А банкиры говорят: «Нет, вы не поняли! Нужен всего один какой-нибудь подержанный компьютер — мы вас научим как это делается». Глупые американцы пожали плечам и ушли в другой банк, а умные банкиры, отбоярившись от нудной необходимости крутить в течение несколько: недель сто тысяч зеленых, за нялись своими делами Вот другая милая исторг из жизни крупного банк (глава, естественно, «семибанкир»). Рассказываю в самых общих словах, чтобы, упаси Боже, никто не отгадал имен. Предложили этому банку купить крупный бизнес в одной из стран СНГ. Валютная рентабельность -чуть ли не за тридцать, в реальной перспективе — монопольное положение в важнейшем секторе и в этой стране, и рядом. Все бумаги в порядке, бизнес на ходу, цена умеренная — покупайте! Думать надо. — Давайте думайте. Думали месяца два; отзывы всех экспертов восторженные: хватать не­медленно! Наконец, принима­ет продавцов один из зампре-дов. Те к нему: ну что, бере­те? — Дело, конечно, хоро­шее, но как-то все-таки ско­рее нет. Продавцы удивляют­ся: если хорошее, почему же не берете? — Да вы поймите, это же кто-то должен взять на себя ответственность!

К великому сожалению, обе истории чрезвычайно характерны. Наши знаменитые олигархи не только не являют примеров предпри­нимательского духа, но и все более скатываются к роли собак на сене. За считанны­ми (кажется, двумя) исключениями, они не имеют ника­кой сколько-нибудь долгов­ременно рассчитанной стра­тегии своего огромного биз­неса, а уж тем более гиган­тских вассальных владений. В их «генеральные штабы» у нас, естественно, доступа нет, но если судить по внеш­ним проявлениям, то скла­дывается впечатление, что на том месте, где должна быть стратегия, у них ровно одна мысль: удержать то, что уже приобретено! Не допустить перемен, посколь­ку они, наверняка, будут к худшему!

Доминирование этой мысли неизбежно ведет не к подъе­му, а к стагнации.

Их заела среда_______

Понятно, что вышесказан­ное невозможно объяснить только особенностями образа мыслей или темперамента наших уважаемых олигархов. Есть, к сожалению, у этой беготни по кругу и вполне объективные причины, которые лежат не в личностных характеристиках ведущих бизнесменов, а гораздо глубже.

Что было основной идеей, на которой возникли практически все киты российского бизнеса? Захват бывшей государственной собственности, которую в данном случае следует понимать широко: это не только промышленные активы и недвижимость, но и права, и привилегии, и финансовые потоки. Именно на огораживании этих угодий и выросли нынешние тузы.

Почему власть пошла на это, а весьма многие наблюдатели это поддерживали? Исходя из здравого убежде­ния, что частная собственность, вообще говоря, эффективнее государственной, и из вполне логичного предпоположения, что после периода «первоначального хапка» люди, вышедшие победителями из общей свалки, волей-неволей начнут демонстрировать преимущества капиталистического способа производства

 Почему эти ожидания не оправдываются в желаемой степени? Да прежде всего потому, что этот самый первоначальный хапок оказался перманентным — и основная угроза потерь нависает над собственниками отнюдь не от конкурентной борьбы на рынках.

 

Кризис неплатежей сделал собственность в России текучей — настолько, что ни один владелец среднего и даже достаточно крупного предприятия, ложась спать, не может быть уверен, что и проснется его владельцем. Но 6 целом и кризис неплатежей, и хорошо отработанные схе­мы юридически чистого отъе­ма собственности, основанные на неплатежах, олигархам иг­рали скорее на руку. Именно «крупняк» пользовался этими схемами, без помех увеличивая свои владения. Совсем другое дело — специфическая отрасль неплатежей, неплате­жи в бюджет. Тут экономи­ческие тузы оказались в пико­вом положении. Правительство непрестанно давит именно на крупняк, что вполне ес­тественно. С одной стороны, у него абсолютные размеры недоимок больше, а с дру­гой — какой урок мелкоте! Она должна думать: уж если такого слона прижали, то что же они со мной сделают? если такого слона прижали, то что же они со мной сделают абсолютно не уверены 6 прочности своего владения собственностью. Еще полго­да назад этот тезис пришлось бы как-то обосновывать, но сегодня достаточно сказать: историю с Омским заводом помните? — и все понятно.

 

И тут не скажешь, что, мол, так вам и надо — нужно было платить налоги. Сегодня уплата всех налогов без немедленного разорения — счастливый удел очень и очень немногих. И даже любезно предоставляемые правительством ходы для сокращения недоимок вовсе не так приятны, как издали кажется. Вот что рассказал нашему корреспонденту член правлевния РАО «Газпром» Алек­сандр Семеняка: «Реструктурировать задолженность можно по-разному. Можно, например, составить график погашения долгов или, ска­жем, провести взаимозачет. Но в последнем случае надо понимать, что долг бюджета перед нами должен быть по крайней мере в два раза больше, чем мы должны бюджету. Потому что, как только мы проводим зачет, тут же получаем новый налог. Наш начальник управления по реструктуризации долгов рассказал мне как-то о за­дачке, которую ему задали в Минфине. Бюджет вам дол­жен 10 триллионов, а вы бюджету — 6 триллионов. Кто кому в итоге должен? Мой коллега отвечает: "Ясное дело, вы мне". На что чинов­ник возразил: "Давай посчи­таем. Делаем зачет. Я вам ос­тался должен 4 триллиона, но у вас возникло налогов в размере половины зачтенной суммы, то есть на 3 триллио­на (налог на прибыль

 

Понятно, что в такую игру с таким партнером играть можно, а выиграть нельзя. Единственное счастье крупняка заключается в том, что всех сразу правительство за­ведомо не пустит под нож отъема собственности — просто не сможет. Улавливаете тонкость: каждого может, но всех сразу — нет. Поэтому как-то недостаточно оздоровили климат новые «честные и открытые правила» приватизации: честные правила приобретения собственности мало кого утешают, если для сохранения этой самой соб­ственности никаких честных и открытых правил нет, а есть только бесконечное пов­торение блатного девиза: «умри ты сегодня, а я завтра»,

И вот отсюда все следствия, которые мы бегло перечислили в начале статьи. Руки олигархов день и ночь заняты сохранением собственности, поэтому на эффективное управление ею не хватает ни сил, ни средств.

Чем ты будешь владеть завтра из того, чем ты владеешь сегодня, твердо сказать нель­зя, поэтому ни о какой стратегии даже и размышлять-то неинтересно. В законных рамках собственность удер­жать нельзя (всех налогов не заплатишь, а заплатишь — разоришься или развалишься из-за недоинвестирования), поэтому ее удержание ведет­ся внезаконным порядком — и получаются информационные войны.

На них, пожалуй, стоит остановиться особо.

Вспомним хотя бы уроки историию Олимпийцы всегда старались завоевать народную любовь при помоши маленькой победоносной войны. Карфаген, Пирл-Харбор, Кабул, Багдад, Грозный - вот далеко не полный перечень руин, подтверждающих приведенную версию.

Нынешние олимпийцы, как и все мы, порождены време­нем и обстоятельствами. Последние сложились так, что они, олимпийцы, вынуж­дены были ввязаться во «вто­рую нефтяную» войну. Одна­ко их имиджмейкерского и агитационного потенциалов не хватило на то, чтобы войне придать хотя бы мальный статус отечес ной. В сознании электоральных масс ключевой вопрос  о собственности и структуре молодой России  остался всего лишь как «московские разборки». (Этот вывод сделан на базе анализа тем региональных изданий.)

Более того, даже собратьям по извлечению прибыл которым, казалось бы, «           вторая нефтяная» должна казаться; войной за гроб Господен, олигархам удалось привить  ассоциацию лишь с бестолковыми «кремлевскими разборками». Действительно, широких предпринимательских масс России до конца въехал, например, в вопрос о прелестях обладания нефтью»? Только «шакалы ротационных машин» и «профит-маньяки фондового рынка». Остальные российские предприниматели, же, уверовали в то, что пакет «Сибнефти» — это не более чем утешительный приз на  теннисном турнире на кубок « Кремля».

Короче, олимпийцы удалось выдать дейст вительное за действительное, то есть объяснить, что борьба за  собственность нынче судьбоносный характер ни  широкий  ни сочувствующий аудиториям Хотя считай, каждый олимпиец - глава информационной империи.

Вот тут и вспомнили на Олимпе о необходимо маленькой победоносной войны для поднятия полководческого имиджа. Слава Богу, что война на сей раз поллучилась «холодной». Эта война компроматов, а наемниниками в ней стали популярные журналисты. Полководцы  игнорировали  завет «не судит да не судимы будете», но подняли на знамена лозунг « победителей не судят».

Получилось форменное  безобразие. Как иначе охарактеризовать ситуацию, когда общенациональ ный канал посвящает цел prime-time разборке  кто старушку порешип. Тем более что ответ очевиден.

При этом, похоже, всем ста­ло понятно, что в нынешних условиях даже маленькая война не будет победонос­ной, а осудят всех.

Войн без руин не бывает. Мы возьмем на себя смелость утверждать, что после ны­нешней маленькой войны в руинах опять лежит Белый дом, да и Кремль с ним. Хозя­ин Кремля, конечно, пытался урезонить участников малой войны. Но за декларациями не воспоследовали дей­ствия — и миротворческая функция президента в малой войне (не путать с локаль­ной!) оказалась какой-то не­довыполненной. Очень похо­же, что в данном случае пре­зидентское миротворчество было не более чем политичес­ким ходом, чтобы заполучить в свои руки еще одну привод­ную ниточку в многорычаж­ной системе сдержек и проти­вовесов собственной кон­струкции. Время и место оче­редного произнесения слов типа «пора и власть употребить для наведения конститу­ционного порядка» прези­дент снова оставил в тайне, а его право на употребление власти даже в маленькой вой­не не оспаривает никто.

(Самое время вспомнить, что в XIX веке слово « под­става» означало место смены лошадей. А еще говорят, что победителей не судят.)

Ситуация на 24.00

Но вернемся к общеэкономической картине.

Итак, с одной стороны, к нашим олигархам может быть предъявлена масса претензий, основная из которых звучит так: они не нашли стратегических ходов не только к подъему экономики страны, но и к устойчивому росту в собственных необъятных доменах.

С другой стороны, олигархи могут выдвинуть встречные претензии к властям, причем такого характера, что их дружно поддержит все деловое сообщество: в нынешних налоговых условиях, при нынешнем уровне неплате­жей говорить о таких вещах, как стратегия или фронталь­ный рост, значит, попусту бе­са тешить.

Обе группы претензий вполне обоснованны и хоро­шо складываются во всерос­сийский порочный круг. Выходов из этого круга как всегда два.

(Как всегда — потому, что вспоминается польский анекдот начала 80-х годов. Польша может возродиться двумя путями: первый, более вероятный, — с неба спустятся ангелы и все для нас сделают; второй, менее вероятный, — мы сами что-нибудь сделаем.)

Выход первый заключается в том, что властям удастся создать приемлемый климат для предпринимательства, что означает, как минимум, резкое сокращение текущего и накопленного налогового бремени, расшивку неплате­жей и сколько-нибудь приемлемые тарифы на и услуги естественных монополий. Поскольку на: олигархи явно не начнут продуцировать стратегию раньше, чем такой климат  будет создан (да и тогда тогда бабушка надвое сказала), то правительству неминуемо придется взять на себя и разработку стратегии. С этим в все чудесно, кроме одного - сроков, когда все это будет.

Выход второй кажется  гораздо менее парадным, но надежд рождает рождает гораздо больше. В стране стремительно растет число менеджеров, справляющихся с объективными и наведенными трудностями. Доказывать это несколькими фразами бессмысленно.

 

 

 



© 2010 РЕФЕРАТЫ