бесплатные рефераты

Способы акционирования и приватизации

     Как известно, стержнем российской приватизационной программы стала модель массовой приватизации, которая объединила широкомасштабную корпоратизацию (сторона предложения) и распределение приватизационных чеков среди граждан России (сторона спроса). Важными элементами этой модели стали закрытая подписка на акции среди инсайдеров, система чековых аукционов и система посредников - чековых инвестиционных фондов. Его важнейшим итогом, с точки зрения перспектив развития новой системы  прав собственности, стало формирование новых институтов:  корпоративного сектора экономики (более 30 000  АО), рынка корпоративных ценных бумаг, системы институциональных инвесторов, а также около 40 млн.  формальных акционеров по итогам массовой приватизации. Не менее важно, на наш взгляд, и осознание реально достижимых целей приватизации в переходной экономике на разных этапах трансформации. Будет  наивным оценивать итоги реализации этой модели только по официальным  целям, которые были записаны в программах приватизации. Реальная цель, на наш взгляд, была лишь одна: временное массовое распределение и закрепление формальных прав частной собственности в российском обществе при минимуме социальных конфликтов в расчете на последующие трансакции в пользу эффективных ответственных собственников.

4.1 Первый этап.

Приватизационный чек (ваучер) представлял собой государственное свидетельство о праве собственности его владельца на долю в безвозмездно распределяемой государственной собственности. Он использовался в качестве платежного средства, имел целевое назначение и ограниченный срок реализации.

Номинальная стоимость приватизационного чека была определена с учетом стоимости объектов, подлежащих приватизации в 1993 г., и численности населения России. Низкая номинальная стоимость чека была обусловлена тем, что имущество, подлежащее приватизации, оценивалось исходя из балансовой стоимости по состоянию на 1 января 1992 г., т. е. без учета переоценки, проведенной по состоянию на 1 июля 1992 г. в связи с резким ростом цен.
     Всего для проведения приватизации было выпущено в обращение 151,450 млн. приватизационных чеков. На специализированных чековых аукционах за приватизационные чеки было продано 16 462 предприятия с суммарным уставным капиталом 1421 млрд. руб. В результате ваучерной приватизации (к середине 1994 г.) в частную собственность перешли до 70% предприятий промышленности.
     За два года в частные руки была передана и большая часть объектов так называемой малой приватизации (свыше 85 тыс. магазинов, ресторанов, кафе, предприятий служб быта). К концу 1994 г. в абсолютном числе регионов России процесс малой приватизации по существу завершился. Что касается средних, крупных и крупнейших государственных предприятий, то к середине 1994 г. на их базе было создано 20 тыс. акционерных обществ.
     Из трех возможных вариантов льгот явное предпочтение в России было отдано второму варианту, позволяющему трудовому коллективу получить контрольный пакет акций. Этот вариант льгот избрали до 75% предприятий, ставших акционерными. Данная форма была призвана перекрыть возможности установления внешнего контроля над предприятием. Однако преимущества этого варианта сразу же терялись вследствие последовавшей скупки акций у членов трудовых коллективов предприятия администрацией или внешними покупателями. В этой сфере активно действовали около 640 чековых инвестиционных (ваучерных) фондов, которые скупили за бесценок более трети всех ваучеров (у 22,8 млн. человек, или у 15,4 % населения РФ). По имеющимся оценкам, всего в ЧИФы было вложено более 40% ваучеров, которые в подавляющем большинстве не обеспечили даже минимальных дивидендов, поскольку практически все они быстро прекратили свое существование. Поэтому основная часть работников предприятий лишь формально и на короткий период стали акционерами. Кроме того, владение единичными акциями никогда и нигде не делало никого реальными совладельцами предприятий.
     Поскольку же по официальным данным стали акционерами около 40 млн. граждан страны, а более 1 млн. - владельцами малого бизнеса, то эта стадия называется "народной". Однако было бы ошибкой делать акцент только на количественной стороне результатов приватизации и не обратить внимание на принципиальные недостатки ваучерной приватизации и на ее экономические итоги.
     Модели приватизации государственного имущества с использованием ваучеров, безвозмездно распределяемых среди населения, внутренне присущи серьезные недостатки. Это следующие недостатки ваучерной приватизации:
     Первый состоит в принципиальной невозможности для участников приватизации в условиях неразвитости рыночных отношений (в особенности фондового рынка) адекватно оценить рыночную стоимость приобретенного в обмен на ваучеры имущества предприятия.
     Вторым недостатком является то, что равномерное распределение приватизационных чеков приводит к распределению титулов собственности между многими акционерами. При этом их возможности участвовать в управлении делами акционерного общества минимальны. Поэтому его деятельность в большинстве случаев подчиняется реализации интересов менеджеров, а не собственников капитала - работников приватизированных предприятий.

          Наиболее интенсивно приватизация происходила в 1993-1994 гг.. Для 1995-1999 гг. характерно неуклонное   и   стабильное снижение темпа вовлечения новых объектов. По данным Мингосимущества РФ, на 1 января 2000 г. в сектор  приватизированных предприятий  входили около 130 000 предприятий (58,9% от общего числа предприятий РФ к моменту начала приватизации). Одновременно по итогам приватизации 1992-1999 гг. в распоряжении государства осталось значительное количество пакетов акций предприятий (3100 закрепленных с учетом «золотой акции» и 7000-8000 непроданных), проблема продажи которых стала ключевой для собственно приватизационной политики 1995-1999 гг. Нерешенные в  рамках модели 1992-1994 гг. задачи - прежде всего  реструктурирование предприятий и привлечение инвестиций - требовали формирования  такой приватизационной модели, которая хотя бы частично могла компенсировать предприятиям, по сути, внеэкономические методы продаж на первом этапе.

4.2 Второй этап.

          С началом «денежного» этапа задача максимизации доходов федерального бюджета стала доминирующей, поэтому  дилемма «инвестиции - бюджет»  в 1995-2000 гг.  была решена в пользу последнего. В целом применительно к 1995-2000 гг. непосредственно в сфере приватизации можно говорить о трансформации единой приватизационной политики в спонтанный процесс «сброса» остаточных пакетов акций, который переходит на региональный уровень. Для этого периода стало характерным также  использование квази-приватизационных инструментов  для  привлечения политических союзников среди региональной элиты и крупнейших финансовых группировок. Продолжался и процесс консолидации и интенсивного дальнейшего перераспределения собственности между крупнейшими финансовыми альянсами и компаниями - естественными монополиями. Важнейшими стратегическими задачами денежного этапа приватизации были:

o                   привлечение внешних инвесторов для долгосрочных инвестиций;

o                   обеспечение предприятий средствами для технического перевооружения;

o                   пополнение доходной части государственного бюджета.

К декабрю 1994 г. было приватизировано уже 110 тыс. предприятий госсектора из 240 тыс., существовавших в дореформенной России. Однако в 1995 г. было приватизировано всего около 6 тыс. предприятий, поскольку приватизационные процессы резко замедлились. Начиная со второй половины 1995 г., приватизация приняла характер вялотекущего процесса. Всего к началу 1996 г. оставалось еще 43,3% государственных предприятий. Кроме того, государству принадлежала также значительная часть акций приватизированных предприятий.
     Предполагалось, что переход к денежной модели приватизации значительно повысит поступления не только в бюджеты всех уровней государственной власти, но и в бюджеты предприятий. Было установлено, что 51% от продажи акций приватизируемого предприятия переводится на специальный счет самого предприятия для его инвестиционных целей. Однако заметных изменений не произошло: выручка от приватизации в 1996 г. составила менее 1 % доходов федерального бюджета. В среднем за 1 приватизируемый объект получено менее 40 тыс. долл., что примерно равнялось стоимости двухкомнатной квартиры в Москве.
     Таким образом, основным результатом денежного этапа приватизации также является количественное сокращение государственной собственности. В результате массовой приватизации и форсированного развития частного сектора доля государственного (включая муниципальный) и частного секторов в общей занятости населения практически сравнялась (37,6 и 37,4%), возрос сектор со смешанной формой собственности (23,7%), доля занятых в добровольно-общественном

Хорошо известна и практика проведения залоговых аукционов конца 1995 г. Хронический бюджетный кризис и провал бюджетного задания по приватизации на 1995 г. стали одним из наиболее весомых стимулов для реализации этой схемы. Состоявшиеся 12 аукционов по ряду крупнейших российских предприятий в совокупности принесли в бюджет 5,1 трлн. рублей, включая 1,5 трлн. рублей погашенной задолженности предприятий государству. Среди фактических победителей доминировали два крупных российских банка - «ОНЭКСИМ» и «Менатеп».

Вне зависимости от юридической «оболочки», эти аукционы представляли собой в значительной степени  завуалированный самовыкуп пакета акций предприятиями, либо прямую неконкурентную продажу пакета акций заинтересованным банкам. Вместе с тем целый ряд судебных разбирательств и проверок легитимности этих сделок в 1996-1997 г.  не позволяет делать каких-либо выводов о нарушениях правового характера, допущенных в ходе залоговых аукционов и последующей продажи предмета залога. Это, тем не менее, дает основания не столько для выводов о прозрачности состоявшихся сделок, сколько о несовершенстве имевшейся на соответствующий момент нормативно-правовой базы. Очевидно, что практически все залогодержатели были заинтересованы получить данные пакеты в собственность и при этом минимизировать соответствующие финансовые затраты. Наиболее предпочтительным вариантом стала квази-открытая продажа заложенного пакета акций и  приобретение его  в собственность  через аффилированных лиц. К началу 1998 г. этот  вариант уже использован в отношении пакетов акций нефтяных холдингов «ЮКОС» (45% вначале и 33,3% после «разводнения», квалифицированный контроль банка «Менатеп»), «Сиданко» (51%, контроль ОНЭКСИМбанка), "Сибнефть" (51%, формально "Нефтяная финансовая компания"), «Сургутнефтегаз» (40,12%, фактический самовыкуп эмитентом), "ЛУКОЙЛ" (5%, фактический самовыкуп эмитентом),  а также РАО "Норильский никель" (38%, контроль  ОНЭКСИМбанка). Хорошо известны скандалы, сопровождавшие большинство из этих сделок. Пожалуй, наиболее бесконфликтно прошли продажи заложенных пакетов акций НК «Сургутнефтегаз» и  "ЛУКОЙЛ", являвшиеся тривиальным самовыкупом акций компаниями-эмитентами через посредничество управляющих компаний  их пенсионных фондов. Во всех описанных случаях также обращает на себя внимание крайне малое превышение стартовой цены и, соответственно, незначительная выручка государства. Главные причины этого - отсутствие реальной конкуренции, «договорной» характер ряда аукционов, неудовлетворительно сформулированные требования и условия приватизационных сделок.

Со 2 августа 1997 г. официально вступил в силу новый закон "О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества РФ"(N 123-ФЗ, подписан Президентом РФ 21 июля 1997 г.). Среди основных новаций необходимо выделить следующие: акцент (уже в самом названии) не на предприятия, а на имущество (имущественные доли государства); в программе приватизации предусмотрены список приватизируемых в течение года объектов (зависит от текущей конъюнктуры) и список стратегических объектов, приватизация которых запрещена (их можно приватизировать только на основании федерального закона);  расширен набор методов приватизации (за счет легализации уже имевшей место продажи производных ценных бумаг); льготы работникам предприятий возможны (скидка 5-10%  продажной цены акций и др.), но могут быть отменены или приобрести более гибкий характер; стоимость "имущественных комплексов" определяется совокупно на основании уставного капитала, балансовой оценки и рыночной стоимости; введены коммерческие конкурсы с инвестиционными условиями, а инвестиционные конкурсы отменены; восстановлено понятие "аренда с выкупом", но "по рыночной стоимости".

4.3 Третий этап.

Некоторые наблюдатели связывают начало третьего - после "чекового" и "денежного" - этапа приватизации,  с понятием "индивидуальный проект".  Хотя этот термин и не был легализован в новом законе о приватизации, формальная заинтересованность правительства в "индивидуальных проектах" была оформлена в Постановлении Правительства РФ от 1 апреля 1997 г. N 363  "О порядке реализации индивидуальных проектов приватизации федерального имущества" (в редакции от 12 мая 1997 г.).  Согласно этому документу, индивидуальным   проектом  приватизации федерального имущества  является комплекс мероприятий,  направленных на приватизацию особо важного  для страны  региона или отрасли федерального имущества и предусматривающих проведение   предпродажной   подготовки  этого  имущества с привлечением независимого финансового консультанта. Опыт крупнейших сделок и в целом практики приватизации 1997-2000 гг., тем не менее, не дает оснований для выводов о радикальных новациях. Темпы приватизации резко сократились. С октября 1997 г. мобилизация свободных денежных ресурсов с целью установления контроля над новыми объектами становилась все более проблематичной, даже для крупнейших отечественных финансовых группировок.
     Финансовый и политический кризис августа 1998 г. фактически подвел черту под массовой "денежной" приватизацией". В 1998 г. приватизация принимала все более "точечный" характер. Хотя задание бюджета по доходам от продажи государственного имущества снова было перевыполнено почти в 2 раза, но 66% всех доходов было получено от продажи на аукционе 2,5% акций РАО "Газпром", на сумму 13,8 млрд. руб. Если учесть, что всего за год было приватизировано 2583 предприятия, то можно сделать вывод, что стандартные приватизационные сделки не принесли весомого дохода в бюджет

В 2000 г. приватизация как элемент экономических реформ становится все менее актуальной. Это касается как системообразующей ее роли (весьма важной для первой половины 90-х гг.), так и бюджетной ориентации приватизационных продаж (с разной степенью успеха доминирующей во второй половине 90-х гг.). Этот процесс падения роли приватизации в развитии переходной экономики проявился, в частности, в возросшей в 1999 г. активности критики применявшихся моделей (объектом жестких нападок вновь стала не только российская модель массовой приватизации, но и бывшая некогда эталонной, с точки зрения Запада, чешская купонная схема).       

С точки зрения дальнейших системных преобразований, приватизация со всей очевидностью уступила место вопросам корпоративного управления и реструктурирования приватизированных предприятий. С точки зрения пополнения доходов бюджета (с 1999 г. - финансирования бюджетного дефицита), на первый план вышли  задачи рационализации использования и повышения эффективности управления государственной собственностью. Наконец, инвестиционная составляющая приватизационных сделок традиционно близка к нулю. Более того, многие сделки с инвестиционными условиями в 1999-2000 гг. стали по разным причинам объектом расследования на предмет возврата пакетов акций в собственность государства. Замедление приватизационного процесса связано со многими объективными и субъективными факторами. Наиболее существенным  является отсутствие спроса на большинство продаваемых «остаточных» пакетов (в силу отсутствия интереса к данным хозяйственным объектам в принципе, либо в силу уже установившихся на конкретном предприятии  формальных и/или неформальных полюсов корпоративного контроля). Объективной доминантой продолжающихся приватизационных продаж являлись мотивы установления контроля (завершения консолидации), типичные для пост-приватизационного периода во всех странах с переходной экономикой. Нерешенность проблем с земельными участками, незавершенными объектами, мобилизационными мощностями, наличием большого числа госпакетов акций (фактически неуправляемых) приводили к дополнительному замедлению приватизационного процесса и снижению цены совершавшихся сделок.

 Следует заметить также, что в регионах существует две сдерживающие приватизационный процесс тенденции: с одной стороны, невыполнение принятых в последние годы решений о приватизации, с другой стороны стремление региональных властей установить контроль над максимально возможным числом предприятий региона, в том числе находящихся в федеральной собственности. Объективным негативным фактором стало развертывание кризиса на финансовых рынках в 1997-1998 г., что также снижало эффективность приватизационных сделок, наиболее важных для бюджета. С учетом падения привлекательности для инвесторов нефтяных компаний в условиях неблагоприятной мировой конъюнктуры возможности бюджетной ориентации приватизационной политики были (по крайней мере, до  середины 1999 г.) особенно ограниченными. Принятие нового закона "О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества РФ" не стало весомым стимулом для ускорения приватизации в 1998-1999 гг. Одним из сдерживающих факторов  является непринятие Государственной Думой проекта закона «Об утверждении государственной программы приватизации государственного имущества в РФ».  Существенно также, что в 1999 г. впервые доходы от приватизации (таблица 2) не включены в доходную часть федерального бюджета, а отнесены к источникам финансирования бюджетного дефицита. Это позволяет избегать жесткой бюджетной ориентации при принятии решений о сделках, в большей степени учитывая реальную конъюнктуру.

5. Общие итоги и перспективы приватизации.

Положительные результаты приватизации связаны, главным образом, с системной трансформацией экономического строя России, в том числе с устранением монополии госсобственности в стране и формированием основы многоукладной экономики. Важными результатом является также то, что приватизационные программы реализованы в целом без социальных потрясений, с обеспечением минимально необходимых предпосылок для включения субъектов развивающегося отечественного рынка в мировые хозяйственные связи. Как обобщающий итог приватизации можно привести следующий факт: в настоящее время уже до 70 % ВВП России создается негосударственным сектором экономики.
     О появлении тенденции улучшения функционирования приватизированных предприятий по сравнению с неприватизированными говорят некоторые показатели. В частности, по выборочным обследованиям, существенно возрос в сфере услуг удельный показатель эффективности, то есть объем выручки с 1 кв. м площади (коэффициент использования площади); в ряде отраслей добывающей промышленности увеличилась извлекаемость сырья.
     Очевидно, что эффективность работы любой компании связана не столько с видами собственности, сколько с компетентностью управления, и с условиями макросреды, в которой она функционирует. До настоящего времени все еще нет принципиальных различий в результатах деятельности большинства государственных и частных акционерных предприятий, поскольку отсутствует реальная ответственность менеджмента за результаты деятельности и в тех, и в других. Среда, в которой действуют оба типа предприятий, также меняется очень медленно и остается далеко не идеальной.
     Сравнение с практикой других стран Восточной Европы показывает, что хотя во многих из них, как и в России, при решении проблем приватизации преобладали политико-идеологические мотивы, относительно больший положительный эффект от приватизации наблюдался в Чехии, Словакии, Венгрии, Хорватии, Польше. Намного хуже, чем в России результаты приватизации почти в двух десятках бывших социалистических стран и союзных республик бывшего СССР. Сопоставление таких параметров, как уровень и динамика реальных доходов, инфляция, глубина и продолжительность экономического спада позволяет констатировать, что переход к частной собственности идет в России средними темпами и с относительным успехом.
     В большинстве переходных экономик игнорировался опыт таких стран, как Франция, Великобритания или Италия, где в ходе развития рыночных систем приватизационные процессы сменялись процессами национализации. Во всех случаях эти решения были призваны обеспечивать эффективное функционирование предприятий и национальной экономики в целом. Программы приватизации для всех отраслей и компаний тщательно готовились и не менее тщательно контролировалось их реализация. Для этих целей разрабатывалось законодательство не только о разгосударствлении собственности, но и ее "деприватизации" в случае неэффективного использования, поскольку частная собственность - это не столько право на получение выгоды (в виде присвоения конечного результата), сколько определенное поведение, ответственность за развитие и созидание, способность к воспроизводству за счет собственных ресурсов. В некоторых случаях национализация выполняла корректирующую роль, если в ходе приватизационных процессов возникали непредвиденные провалы рынка.
     Этот мировой опыт обязательно должен учитываться при совершенствовании и преобразовании экономики России.

·                    К важнейшим особенностям российской модели приватизации и акционирования можно отнести следующие аспекты:

o                   Приватизация проводилась не столько по Законам, сколько по Указам президента и ведомственным нормативным документам Госкомимущества (которые даже не всегда направлялись в Минюст для регистрации).

o                   Для предприятий госсектора были разработаны типовые стандарты процедур приватизации, однако широко применялись "индивидуальные процедуры приватизации", вводимые местными органами власти (т.е. незаконные).

o                   Составлялись ежегодные государственные программы приватизации, но включение в эти программы адресных заданий означало выбор лучших предприятий и их форсированный передел.

o                   Из-за отсутствия финансовых средств у населения, осуществлялась бесплатная раздача государственной собственности и продажа ее по минимальным ценам, главным образом, в интересах директоров и государственных чиновников.

o                   При выборе модели ускоренной массовой приватизации главенствовала текущая политическая целесообразность, а не экономическая разумность.

Фактически устанавливалось господство частной собственности в условиях неполноценной среды ее функционирования и неблагоприятных макроэкономических условиях. При этом внешняя открытость национальной экономики, вместо фактора развития рыночной экономики, оказывала не стимулирующее, а скорее угнетающее и разрушающее воздействие.
     Таким образом, при ощутимом политическом результате (возникли слои мелких и крупных собственников) экономически приватизация в России оказалась малоэффективной. Очевидно, что вместо форсирования этого процесса, было необходимо налаживать действенное управление остававшейся государственной собственностью.
     Потенциал госсектора для прямого участия в материальном производстве и для косвенного воздействия на него на предприятия других организационно-правовых форм в России еще значителен. О масштабах государственного сектора говорят следующие данные: в стране учреждено более 13 тыс. государственных унитарных предприятий и 23 тыс. учреждений. Участие в управлении многими из смешанных АО осуществляется через институт представителей, назначаемых решениями Правительства РФ, численность которых составляет около 2 тыс. человек.
     В современных условиях, в соответствии с Федеральным законом "О приватизации государственного имущества и об основах приватизации муниципального имущества в РФ" изменены порядок принятия решений о приватизации, расширены права Правительства РФ. Приватизация крупных предприятий и продажа акций из государственного пакета будет проводиться после тщательной предпродажной подготовки.

Заключение.

Реформы будут успешными лишь в том случае, если общество в целом и деловые круги окажут давление не только в отношении принятия более справедливого законодательства, но и его соблюдения как сверху, так и снизу. Это предполагает необходимость увеличения количества предприятий всех уровней в сфере производства и услуг. Такое развитие приведет к ослаблению олигархов и монополистов, а также затруднит для российской мафии сохранение своего контроля. В свое время отмена сухого закона в США уменьшила влияние американской мафии, так как при разрешении продажи спиртных напитков и быстром росте числа легальных баров и магазинов стало значительно труднее контролировать их и облагать данью. Аналогичным образом увеличение в 3-4 раза числа торговых точек могло бы послужить препятствием не только для мафии, но и для коррумпированной бюрократии. Кроме того, возросшее число людей, ведущих свой бизнес, означает появление более эффективного лоббирования, возникновение групп, заинтересованных в том, чтобы положить конец возможностям бюрократов злоупотреблять чужими правами собственности. Представляется, что определенный шанс для создания недостающей сбытовой инфраструктуры могли бы со временем дать “рынки на обочинах”, разрешенные в течение короткого периода, но быстро ликвидированные. Конечно, во многих случаях люди шли на такую торговлю от безысходности, однако в Китае и Польше, например, подобные рынки послужили стартовыми инкубаторами предприятий. Они позволили создать сбытовую и в конечном итоге производственную инфраструктуру, которая теперь успешно функционирует.

На мой взгляд, задача состоит в том, чтобы активизировать тех, кто пытался ранее начать свое дело. Это потребует отмены регулирующих и разрешительных положений, служивших в качестве ограничителей, а также ликвидации ряда прерогатив местной и региональной бюрократии. Устранение бюрократических помех и коррупции – одна часть процесса. Открыв двери для новых предприятий, необходимо облегчить их создание с помощью предоставления доступного кредита, однако российские банки до сих пор были склонны избегать этого. Европейский банк реконструкции и развития выделил небольшой ссудный фонд, на аналогичные цели направляется и некоторая часть помощи США. Предоставление стартового капитала послужило бы идеальным проектом для любой организации, действующей в данной области, а также для частных инвесторов. Такая работа могла бы быть организована по примеру деятельности “микробанков”, которые успешно проводят ее в южной части Чикаго. Привлечение большего числа иностранных кредиторов способно активизировать российские банки, а также государственные и местные органы власти. Нет разумного оправдания тому, что, например, в Польше зарегистрировано до 2 млн. малых предприятий, тогда как в России только 890 тыс.7

Представляется, что, несмотря на потенциальные опасности можно предпринять какие-то шаги по исправлению ошибок приватизации. По данным доклада, подготовленного Комитетом по приватизации Государственной думы, с 1992 по 1996 г. правительство получило лишь 20 млрд. долл. от продажи почти 70% госпредприятий8. По моему мнению, случаи приватизации с нарушением законности целесообразно пересмотреть и при достаточных основаниях денационализировать предприятия. Собственникам следовало бы выплатить компенсацию или предоставить преимущественное право выбора для возмещения разницы между рыночной стоимостью предприятия на данный момент и фактически выплаченной ими суммой. Особого внимания заслуживают предприятия, приобретенные в процессе залоговых аукционов, когда ценные активы продавались олигархам за 1/10 их стоимости. Кроме того, предприятия нужно денационализировать и в тех случаях, когда их руководство не способно обеспечить погашение долговых обязательств, включая задолженность по счетам, заработной плате и налогам. Разумеется, денационализированное имущество должно быть вновь предложено для продажи. Такого рода денационализация с последующей новой приватизацией представляет поле для злоупотреблений. Усилия по восстановлению доверия станут бесполезными, если денационализация будет рассматриваться как акт мщения одного клана (или группы) другому. Более того, никому не должно быть позволено искажать процесс торгов, сужая условия таким образом, чтобы дать преимущество одному из участников. Серьезная проблема – вопрос о допуске иностранцев. Их участие в торгах существенно повысило бы выигрышные предложения цен. Вместе с тем оно может вызвать негативную реакцию тех, кто опасается усиления иностранного влияния в российской промышленности. На мой взгляд, возможен вариант, при котором иностранные участники допускаются лишь как младшие партнеры в процессе торгов. Вероятно, многих из них это не устроит (учитывая, в каком положении находились акционеры, не располагающие контрольным пакетом), но, по крайней мере, попытка привлечения должна быть сделана.

***

Чтобы рынок в России мог эффективно функционировать, необходимо не просто облегчить потенциальным предпринимателям реализацию своих способностей, но активно содействовать и даже стимулировать их усилия. Одновременно нужно исправить прошлые злоупотребления государственной власти, обуздать преступность, коррупцию, прекратить ущемление бизнеса. Только умножение числа предприятий создаст благоприятную почву для заинтересованного движения в данном направлении. Без такого давления со стороны делового сообщества серьезные реформы могут не состояться.

***

В заключение еще отметим положительные и отрицательные моменты акционерных обществ в рыночной экономике.

Акционерные общества, являющиеся основной формой организации современных крупных предприятий и организаций во всем мире, представляют собой наиболее совершенный правовой механизм по организации экономики на основе объединения имущества частных лиц, корпораций различного вида и иных органов. Таким образом, акционерное общество, объединяя на единой правовой основе всех участников, обеспечивает уникальную форму реализации коллективной собственности, создавая при этом заинтересованность в конечных результатах работы. Выпуск и распространение акций дает реальную возможность контроля деятельности и управления ею со стороны акционеров.

 

 

 

Список использованной литературы:

1.Экономика. Economics. С. Фишер, Р. Дорнбуш, Р. Шмалензи. М.: «Дело», 1993 г.

2.Основы предпринимательской деятельности. Экономическая теория. Под ред. В. М. Власовой. М.: 

                    «Финансы и статистика», 1994 г

3. Экономика. Economics. С. Фишер, Р. Дорнбуш, Р. Шмалензи. М.: «Дело», 1993 г.

4. Иванов А.Н. Инвестиционные и консультационные услуги иностранных банков//Деньги и кредит, 2000, №5

5. Кузенков В. Перспективы приватизации в России//Проблемы прогнозирования ,2000, №2

6. Куликов В. Итоги ваучерной и концепция нового этапа приватизации//Российский экономический журнал ,1994 ,№7

7.Лайков Ф. Новая концепция послечековой приватизации//Деловой мир ,1995

8. Львов Д, Круглова Н. Послечековая приватизация и развитие акционерного хозяйства// Российский экономический журнал ,1994 №2

                     

 

 

 


Страницы: 1, 2


© 2010 РЕФЕРАТЫ