бесплатные рефераты

Индивидуальные особенности личности при зависимом поведении

Любовная аддикция - это аддикция отношений с фиксацией на другом человеке, для которой характерны отношения, возникающие между двумя аддиктами [44]. Поэтому отношения, в которые вступает любовный аддикт, называются соаддиктивными. Наиболее типичным для них вариантом являются отношения любовного аддикта с аддиктом избегания.

Соаддиктивные отношения между двумя аддиктами основаны на нездоровых эмоциях. Термин "здоровые" подразумевает разные эмоциональные реакции с широкой представленностью эмоций. При соаддиктивных отношениях на первый план выступает интенсивность эмоций и их экстремальность как в положительном, так и в отрицательном отношении. Эти отношения могут возникать, например, между мужем и женой, между родителями и ребенком, между друзьями, профессионалом и клиентом, реально существующим человеком и популярной социальной фигурой, с которой у человека не было личных контактов [37].

Аддикт избегания так же обладает эмоциональными нарушениями, ему так же присущ страх, но представленность страха носит обратный, по сравнению с любовным аддиктом, характер. На уровне сознания, "на поверхности" у аддикта избегания присутствует страх интимности, репрессированный в подсознание у любовных аддиктов. Это происходит потому, что аддикт избегания боится, что при вступлении в интимные отношения он потеряет свободу.

Негативная интенсивность начинается с появления у аддикта избегания чувства внедрения в его жизнь, ограничения его свободы, контроля его поступков и начинающегося процесса его "поглощения" любовным аддиктом. Он испытывает нарастание отрицательных эмоций в связи с требовательностью любовного аддикта. Аддикт избегания начинает уходить от этих отношений, пытаясь уменьшать их интенсивность, используя при этом разумные доводы типа "Я очень занят". Наступающее освобождение временно смягчает страх [37].

Сексуальные аддикции относятся к скрытым, замаскированным аддикциям. Трудность в получении прямых ответов на вопрос, касающийся этой проблемы, связана с социальными табу, представленными в ряде обществ. Сексуальных аддикции в действительности больше, чем кажется, но в общественном сознании создается впечатление об исключительности такого поведения [37].

Сексуальные аддикции начинаются с формирования особой системы, называемой системой верований и убеждений. Осью системы являются верования аддикта о себе, отношение его к себе, которое пронизывает всю окружающую его реальность, приводя к своеобразному, специфическому мышлению. Система верований любого аддикта содержит некоторые основные верования, оказывающиеся неправильными, ошибочными, создающими фундамент для развития аддикции [23].

У сексуальных аддиктов возникает вера, что секс является для них наиболее важной потребностью, и что это - единственная сфера, в которой они могут проявить свою состоятельность.. Эта основная убежденность является точкой кристаллизации сексуальной аддикции. Система верований, складывающаяся вокруг этой установки, представляет собою систему искаженной реальности, в которой существенное место занимает отрицание.

Работоголизм

Современный работоголизм неразрывно связан с аддиктивными свойствами организаций, в которых работают работоголики. Проблема работоголизма выходит как на аддиктивность общества, так и аддиктивность отдельных организаций, существующих в социальных системах. Под системой понимается единица, включающая свойственное ей определенное содержание, а также определенные роли, идеи и процессы. Система предполагает определенную законченность и ограниченность [9].

Все системы требуют от людей, участвующих в ней, определенного поведения, соответствующего структуре системы, которая награждает человека в случае совпадения его поведения с принятыми в системе нормами.

Организация сама по себе может функционировать как аддиктивная субстанция. Этот процесс может проявляться в постановке цели и месте, которое организация занимает в жизни каждого из сотрудников, например, в отношении к работоголизму, как к социально приемлемому и приветствуемому феномену. Таким образом, работоголизм выглядит в рамках этой системы продуктивным и желательным [37].

Одной из характеристик аддиктивной системы является стремление занять время человека, чтобы он не думал и не стремился разобраться в происходящем и в себе. С этой целью используются дополнительные формы непосредственно не связанной с производственным процессом активности (совместное проведение времени, общественная работа и др.).

Аддиктивные организации объективно инвалидизируют людей, задерживая их профессиональное развитие. Аддиктивная организация игнорирует открытия, интуицию, новые идеи. То, что трудно измерить и проконтролировать, оценивается как не представляющее интереса.

Аддиктивные организации непосредственно стимулируют работоголизм, поощряют постоянную занятость людей в рамках организации, даже если она не касается работы. Цель работоголизма, направленная на работу как на средство ухода от проблемы, коварна, так как она не замечается человеком, легко убеждающим себя в том, что он работает для зарабатывания денег или для реализации какой-то другой абстрактной цели. Такая психологическая защита, к сожалению, акцентируется многими членами общества. Человек не понимает, что такой способ "затрачивания" себя приводит к остановке развития, к не использованию потенциальных возможностей, что является тупиковым и губительным [9].

Нарушения пищевого поведения

Пища является самым доступным объектом злоупотребления. Систематическое переедание или, напротив, навязчивое стремление к похуданию, вычурная избирательность в еде, изнурительная борьба с «лишним весом», увлечение все новыми и новыми диетами - эти и другие формы пищевого поведения весьма распространены в наше время [16].

Пищевая аддикция относится к тем формам поведения, которые внешне не противоречат правовым, морально-этическим и культурным нормам, но вместе с тем нарушают целостность личности, задерживают развитие, делают ее односторонней и осложняют межличностные взаимоотношения [37].

К основным нарушениям пищевого поведения относятся алиментарное ожирение (переедание), нервная анорексия и булимия [16, 37].

В случае ожирения аддикция возникает тогда, когда еда используется в виде аддиктивного агента, применяя который, человек уходит от не устраивающей его субъективной реальности. В момент раздражения, неудовлетворенности, неудачи и скуки возникает стремление "заесть" неприятность, используя для этого процесс еды. Во время приема пищи происходит фиксация на приятных вкусовых ощущениях и вытеснение в подсознание материала, имеющего психологически неприятное содержание. Аддикция к еде - особый способ зависимости. С одной стороны - это психологическая зависимость, а с другой - происходит "игра" на удовлетворении голода. По мере того, как еда начинает использоваться уже не как средство утоления голода, а как средство психологического ухода от проблем, происходит определенное влияние на драйв удовлетворения голода с искусственным его стимулированием.

Механизм возникновения голодания может быть объяснен двумя причинами. Первый вариант медицинский, обусловлен использованием разгрузочной диетотерапии. Разгрузочная диетотерапия применялась у пациентов с очень разными нарушениями. Фаза вхождения в зону голода характеризуется трудностью, связанной с необходимостью справиться с аппетитом. Через какое-то время происходит изменение состояния, появляются новые силы, аппетит исчезает (в прежнем смысле этого слова), повышается настроение, усиливается двигательная активность, голод переносится легко. Такое состояние выдерживается в течение определенного времени, и постепенно человек выводится из него. Некоторые пациенты стремятся продолжить это состояние, так как оно их устраивает, ибо происходящее субъективно им нравится. На уровне достигнутой эйфории происходит потеря контроля и человек продолжает голодать даже тогда, когда голодание становится опасным для жизни [9].

Помимо медицинского варианта голодания существует и немедицинский вариант. Этим вариантом начинают пристально интересоваться в связи с учащением такого рода голодания в странах с высоким уровнем жизни. Голодание обычно регистрируется у девочек-подростков, воспитывающихся в достаточно обеспеченных и внешне благополучных семьях. Голодание начинается с ограничения количества принимаемой пищи, нередко придумывается специальная схема. Одним из психологических механизмов, провоцирующих голодание, является желание изменить себя физически, выглядеть "лучше". Термином “анорексия” определяется возникающее в пубертатном периоде болезненное состояние, связанное с желанием похудеть и стать изящной [37]. Девушки с анорексией психологически не готовы к своей зрелости. Они переживают физическое созревание как подготовку к исполнению женской роли, считая ее чуждой для себя.

Термином булимия обозначают навязчивый прием пищи, сопровождающийся стремлением затем вызвать у себя рвоту. Больные булимией внешне благополучны, у них идеальная фигура, они успешны и активны. Превосходный фасад скрывает, однако, крайне низкую самооценку. Они постоянно спрашивают себя, чего от них ожидают окружающие, правильно ли они ведут себя. Они стремятся к большему успеху и часто путают любовь, которой они добиваются с признанием. Переедание у больных нервной булимией возникает в ситуациях тревоги, напряженности. Хотя больным часто удается удерживать свой вес в пределах нормы, им кажется, что они не соответствуют собственным стандартам и ожиданиям окружающих. Для больных булимией характерна плохая социальная адаптация, недостаточный самоконтроль, зависимость от других, нарушение полоролевого поведения [37].

Компьютерная зависимость

Компьютеры широко внедряются в повседневную жизнь. Возрастает количество людей, умеющих работать с компьютерными программами, играть в компьютерные игры.

Мир, создаваемый компьютером, называется виртуальной реальностью (ВР). По определению словаря: “виртуальный - значит пребывающий в скрытом состоянии и могущий проявится, случится, возможный”. Учитывая, что наша нервная система не в состоянии отличить подлинную реальную ситуацию от воображаемой для невротиков ВР компьютера это замена настоящей реальности, как “осмысленной части мира” на новую реальность, которая лучше настоящей. Она позволяет развиваться субъективно приятным эмоциональным состояниям искусственно меняя “настроение духа” [19].

На основании наблюдения пациентов можно выделить зависимость от ВР персонального компьютера “изолированного” (связанную чаще всего с компьютерными играми) - “виртуальную аддикцию”, и зависимость от сетей Интернет - “Интернет - зависимость” [54].

Термин “интернет-зависимость” был предложен И.Голдбергом [54] для описания непреодолимого желания пользоваться Интернетом. В последнее время также приобрел популярность термин “патологическое использование компьютера”, который употребляется для идентификации ситуаций, где компьютер используется для получения информации, далеко выходящей за пределы профессиональных интересов, а термин “интернет-зависимость” обозначает патологическое использование компьютера для вовлечения в социальные взаимодействия.

Человечество погружается в компьютеры и компьютерные сети, с каждым днем все больше и больше людей (особенно детей) становятся психологически зависимыми от компьютерных игр [18]. Аддиктивный потенциал, содержащийся в компьютерной зависимости, проявляется как: чрезмерная увлеченность работой в Интернете - собственно поиском информации, болезненная зависимость от видеоигр, поглощенность общением с друзьями по сети [37].

Из типов акцентуации наиболее подвержены риску развития виртуальной аддикции неустойчивый и шизоидный, реже другие типы. К психологическим факторам, способствующим развитию виртуальной аддикции следует отнести также привлекательность переживаний, выработку гедонистической установки (получение удовольствия любой ценой), реакции имитации, компенсации, группирования (например, при пользовании чатов Интернета), хобби-реакция. Особенно следует отметить информативно - коммуникативное хобби - “жажда постоянного получения новой лёгкой информации, не требующей никакой критической интеллектуальной обработки, а также потребность во множестве поверхностных контактов, позволяющих этой информацией обмениваться” [36].

Аддиктивное поведение у виртуальных аддиктов становится стилем жизни, в процессе которого человек оказывается в ловушке постоянного ухода от реальной действительности в состояние изменённого сознания.

ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ ЗАВИСИМОСТИ

ОТ АЗАРТНЫХ ИГР

2.1 Понятие игромании

Азартная зависимость, известная как психологическое явление с давних времен, лишь в последние годы стала предметом психологического исследования в связи с развитием и повсеместным бесконтрольным распространение игорного бизнеса [21]. Разнообразное, привлекающее внимание своим красивым видом, приятными акустическими эффектами оборудование оказывает сильное суггестивное влияние на многих людей. Имеет немаловажное значение также кажущаяся легкой возможность выиграть значительную сумму денег в течение очень короткого времени. Игровые автоматы чрезвычайно широко распространились во многих странах, успешно вытесняя другие виды развлечений.

Патологическое влечение к азартным играм относится к группе психических расстройств. В МКБ-10 основным диагностическим критерием данного заболевания является постоянно повторяющееся участие в азартной игре, которое продолжается и часто усугубляется, несмотря на социальные последствия [20].

Не везде, не во всех странах, игровая зависимость принята как болезнь. В России она внесена в официальный диагностический справочник. В США тоже. Во многих странах Европы подход к этому вопросу гораздо менее лоялен, игровая зависимость считается чем-то вроде вредной привычки [20].

За рубежом на проблему игровой зависимости обратили внимание около 30 лет назад. Игровая зависимость в США включена Американской ассоциацией психиатров в список психических заболеваний, которой подвержены 2-3 % взрослого населения. Четыре из пяти случаев приходится на мужчин (в основном в возрасте 20-30 лет), и более 90 % начинают играть с подросткового возраста. Зависимые игроки идут на большие затраты денег и сил, а также предпринимают активные мыслительные усилия для достижения выигрыша [20, 54].

Данная зависимость относится к нехимическим видам аддикции и известна как гэмблинг. Она проявляется в безудержном желании постоянно участвовать в бесконечных эпизодах азартной игры, превращаясь в потребностную доминанту, подавляя все другие проявления потребностей - от физиологических до высших духовных. Показательно, что даже потребность в безопасности, базальная для человека, нейтрализуется и перестает быть движущей силой поведения в условиях охватившего азарта [21]. Проблема характера и степени игровой зависимости и познание личностных особенностей играющего человека, характера осуществляемой психологической деструкции его в контексте вышесказанного приобретают особый смысл и актуальность.

Гемблинг (от англ. слова Gamble) - рискованное предприятие, азартная игра. Выделяют “нормальную” и патологическую разновидности гэмблинга.

Непатологический гэмблинг - действие с риском утраты чего-то ценного (обычно денег) при неопределенном исходе и надежде выиграть что-то большей ценности. Непатологических игроков еще называют социализированными азартными игроками, т.е. людьми, еще не утратившими самоконтроля в игре.

Патологический гэмблинг согласно американской классификации DSM-IV: расстройство контроля над влечениями, характеризующееся дезадаптирующим повторяющимся поведением в виде игромании, имеющим разрушительные последствия для семейной, профессиональной и социальной жизни [17]. Игроманией, как правило, называют патологический гэмблинг.

В России игромания некоторыми авторами рассматривается как частный вариант зависимого поведения [3,4,5]. По их мнению, актуальность проблемы определяется тем, что расстройство характеризуется:

* поражением лиц молодого возраста;

* быстрой десоциализацией этих людей, влекущей значительный прямой и косвенный экономический ущерб для каждого из них, их семей и общества в целом;

* высокой общественной опасностью этого расстройства - криминализацией и виктимизацией больных;

* наличием большого числа коморбидных расстройств;

* отсутствием единого понимания природы психопатологии, клинической динамики, подходов к терапии и профилактике данного расстройства [3,4,5].

Агенты игровой зависимости бесконечно разнообразны. Кроме игровых автоматов, к ним относятся картежные игры (покер, Блек-Джек и др.), домино и рулетка [37]. Азартные игры как форма досуга или развлечения существуют повсеместно, и подавляющее большинство людей иногда играют в казино, на игровых автоматах, ходят на бега, бьются об заклад, покупают лотерейные билеты. В связи с этим многие американские исследователи считают азартные игры серьезной социальной проблемой, представляющей угрозу для части населения. Проблема усугубляется тем, что в процессе игры в ряде случаев возникают расслабление, снятие эмоционального напряжения, отвлечение от неприятных проблем и игра рассматривается как приятное проведение времени. По этому механизму постепенно наступает втягивание и развивается зависимость [37].

В современной психологической литературе азартная игра определяется как перераспределение благ в условиях преднамеренного риска, когда ода сторона теряет, а другая сторона приобретает без участия в производстве данных благ при единственном детерминирующем факторе случая [9, 40, 53]. Игроманию можно определить как такую форму привычной зависимости, когда приобретение благ в результате игры случая становится главным способом удовлетворения возникающей напряженной потребности с целью обогащения [21].

Существует большое разнообразие игр, ставших демократичными и доступными практически для каждого человека. Аддикция к игре начинается тогда, когда после участия в ней человек продолжает с большим постоянством думать об игре и стремится снова участвовать в ней. В связи с восторженностью он поначалу рассказывает об этом, приглашает посетить это действо. Постепенно этот способ проведения времени все более часто повторяется, становясь не самым лучшим способом проведения времени, предпочитаемым всем другим, тем самым, оказывая на человека деструктивное влияние [18].

В США существуют специальные критерии, по которым человека можно диагностировать как патологического игрока [20]. Их девять:

частое участие в игре и добывание денег для игры;

частое участие в игре на большие суммы денег в течение более длительного периода, чем субъект намеревался;

потребность увеличивать размеры и частоту ставок, чтобы достигнуть желаемого возбуждения;

беспокойство или раздражительность, если игра срывается;

повторная потеря денег в игре и взятие их взаймы «до завтра», чтобы отыграть потерю;

неоднократные попытки уменьшить или прекратить участие в игре;

учащение игры в ситуации, когда грозит выполнение своих профессиональных или социальных обязанностей;

принесение в жертву некоторых важных социальных, профессиональных или увеселительных мероприятий ради игры;

продолжение игры, несмотря на неспособность заплатить растущие долги [20].

Подводя итог, можно сказать следующее. Патологическое влечение к азартным играм относится к группе психических расстройств. Данная зависимость относится к нехимическим видам аддикции и известна как гэмблинг. Она проявляется в безудержном желании постоянно участвовать в бесконечных эпизодах азартной игры, превращаясь в потребностную доминанту, подавляя все другие проявления потребностей.

В процессе игры возникают расслабление, снятие эмоционального напряжения, отвлечение от неприятных проблем и игра рассматривается как приятное проведение времени. По этому механизму постепенно развивается зависимость. Аддикция к игре начинается тогда, когда после участия в ней человек продолжает с большим постоянством думать об игре и стремится снова участвовать в ней.

2.2 Факторы формирования и признаки аддикции от азартных игр

В случаях участия в азартных играх бывает довольно трудно определить начало становления аддиктивного процесса, так как аддикция развивается постепенно, исподволь и к ней полностью отсутствует критическое отношение.

В настоящее время можно выделить некоторые предрасполагающие факторы, создающие повышенный риск развития этой формы аддиктивного поведения. К ним относятся неправильное воспитание в семье, включая его различные варианты: недостаточную опеку, непостоянство и не прогнозируемость отношений, чрезмерную требовательность, сочетаемую с жестокостью, установки на престижность. Большое значение имеют участие в играх родителей, знакомых, частые игры в домашней обстановке на глазах у ребенка или подростка. Имеются данные о том, что благоприятную почву для развития игровой аддикции создает "вещизм", переоценка значения материальных благ, фиксирование внимания в семье на финансовых возможностях и затруднениях, зависть к более богатым родственникам или знакомым, убеждение в том, что все проблемы в жизни связаны только с отсутствием денег [11].

Венгерский психоаналитик Шандор Ференци выдвинул другое объяснение, которое получило название "гипотеза инфантильного всемогущества". Ференци считал, что совсем маленький ребенок не догадывается о своей беспомощности. Лежа в кроватке, он управляет поведением взрослых, повелевая кормить, переодевать и развлекать маленького тирана. Со временем, когда ребенок учится ходить, падает и ушибается, иллюзия всемогущества начинает рассеиваться. Большинство из нас теряет чувство всемогущества к детсадовскому возрасту. Но время от времени оно вновь оживает - например, во время игры, когда игрок впадает в иллюзию, будто он может угадать номера, которые должны выпасть. Каждому, кто когда-нибудь играл в казино или на бирже, знакомо это чувство абсолютной уверенности в успехе, которое является отголоском инфантильного всемогущества [53].

Помимо психоаналитических существуют и другие объяснения поведения игроков. Страсть к игре связывают, например, со склонностью к риску или потребностью в острых ощущениях. Социологические исследования показывают, что в азартные игры чаще всего играют люди двух типов. Большая их часть имеет очень спокойные и даже скучные профессии (бухгалтер, библиотекарь, ветеринар), а остальные заняты профессиональной деятельностью, связанной с высоким риском (полицейские, биржевые маклеры, хирурги). Первые делают это из-за нехватки острых ощущений в повседневной жизни, а у вторых склонность к риску является, по-видимому, устойчивой чертой характера [42].

Генетические исследования, проводимые на детях и взрослых показали, что существуют определенные различия в интенсивности синтеза эндорфинов в популяции людей. Оказалось, что существуют ферменты (катализаторы), которые разрушает опиоидные пептиды [42]. У людей, подверженных состоянию зависимости, активность этого фермента повышена, вследствие чего наблюдается внутренний дефицит опиоидов, которые обеспечивают состояние удовольствия и положительных эмоций.

Человек чаще всего эту зависимость любит, потому что она приносит ему удовольствие. Чаще всего любая зависимость, в том числе и игровая, фиксируется на состоянии комфорта, в случае игроков - это выигрыш. Игра заполняет собой в сознании и в жизни игрока некую пустую нишу, потребность в заполнении которой очень высока. Это может быть нехватка любви, внимания, восхищения [20].

Ц.П. Короленко и Т.А. Донских [26] выделяют ряд признаков, характерных для азартных игроков как одного из видов аддиктивного поведения. К ним относятся следующие:

1. Постоянная вовлеченность, увеличение времени, проводимого в ситуации игры.

2. Изменение круга интересов, вытеснение прежних мотиваций игровой, постоянные мысли об игре, преобладание в воображении ситуаций, связанных с игровыми комбинациями.

3. "Потеря контроля", выражающаяся в неспособности прекратить игру как после большого выигрыша, так и после постоянных проигрышей.

4. Состояния психологического дискомфорта, раздражения, беспокойства, развивающиеся через сравнительно короткие промежутки времени после очередного участия в игре, с труднопреодолимым желанием снова приступить к игре. Такие состояния по ряду признаков напоминают состояния абстиненции у наркоманов, они сопровождаются головной болью, нарушением сна, беспокойством, сниженным настроением, нарушением концентрации внимания.

5. Характерно постепенное увеличение частоты участия в игре, стремление к все более высокому риску.

6. Периодически возникают состояния напряжения, сопровождающиеся игровым "драйвом", все преодолевающим стремлением найти возможность участия в азартной игре.

7. Быстро нарастающее снижение способности сопротивляться соблазну, что выражается в том, что лица, решившие раз и навсегда покончить с играми, при малейшей провокации (встреча со старыми знакомыми по игре, разговор на эту тему, участие в обычной, неазартной игре и др.), как правило, возобновляют участие в азартных играх.

Следует также подчеркнуть, что лица, участвующие в азартных играх, сравнительно часто злоупотребляют алкоголем, а также прибегают к употреблению наркотических препаратов, т. е. включаются в комбинированные формы аддиктивного поведения. Для них достаточно типичны также резкое нарушение межличностных отношений, семейные конфликты, разводы, безответственность, нарушение трудовой и производственной дисциплины, частая смена работы, совершение прямых нарушений закона [2].

Уже в детском возрасте у них проявляется отчетливое стремление к участию в играх типа домино, лото, карты, в ряде случаев - "монополии", в которые они играют с другими детьми и иногда со взрослыми; зачастую игры затягиваются на несколько часов. В дальнейшем к вышеупомянутым присоединялись игры, требующие достаточных интеллектуальных усилий (более сложные карточные игры, "мастермайнд" и др.).

В процессе обучения или после окончания учебных заведений у большинства из них наступало разочарование в выборе профессии, карьере. Они были недовольны и своей личной жизнью, жаловались на скуку, отсутствие интереса к жизни. Семейная жизнь не складывалась, они или не выходили замуж, или разводились, что было связано с несоответствием избранников идеальному образу и отрицательным отношением ко всяким домашним занятиям: ведению хозяйства, приготовлению еды, стирке, уборке и т. д.. Участие в азартных играх начиналось в компании подруг, знакомых по учебе, которые имели подобные же проблемы. Преобладали игры в карты в вечернее время. Игра часто сопровождалась употреблением алкоголя в сравнительно небольших дозах (чтобы опьянение не достигло степени, мешающей участию в ней). Вначале играли "для интереса", "не на деньги", потом - на небольшие суммы, в дальнейшем ставки могли становиться более высокими, однако не доходили до размеров, угрожающих материальному благополучию. Постепенно этот стиль жизни становился привычным, вечерняя игра была интереснее просмотра фильма, театральной постановки. Без игры возникало ощущение психологического вакуума, пустоты, чего-то не хватало. Трудно было заставить себя чем-нибудь заняться. Возникало раздражение, могло появиться стремление к алкоголю с целью "расслабиться". Зависимость от игры оказывалась настолько выраженной, что влияла на многие жизненно важные решения: например, мешала переезду в другой город в связи с ее страхом "потерять свою компанию", приводила к разрыву отношений с мужчинами, если они мешали участию в игре [48].

Итак, можно выделить некоторые предрасполагающие факторы, создающие повышенный риск развития этой формы аддиктивного поведения. К ним относятся неправильное воспитание в семье, включая его различные варианты: недостаточную опеку, непостоянство и не прогнозируемость отношений, чрезмерную требовательность, сочетаемую с жестокостью, установки на престижность.

2.3 Личностные особенности лиц, страдающих игроманией

Ряд авторов приводят разнородный перечень личностных и характерологических свойств, каким-то образом связанных с тяжелыми формами игромании: привязанность/зависимость; склонность к скуке; нарушения “эго”- контроля/самоконтроля; нарушения способности “эго” контролировать выполняемые им функции; экстравертированность; дисфория в отсутствие стимулов; экспериментирующий познавательный стиль; обсессивность/компульсивность; нарушения самооценки и др. [17].

Некоторые российские психиатры обращают внимание на частую перинатальную и детскую минимальную органическую патологию в анамнезе у подавляющего числа игроманов. В частности, это синдром нарушения активности и внимания. Предполагается, что эта симптоматика маркирует раннее поражение структур мозга, ответственных, в частности, за развитие систем контроля над влечениями [17].

А.О. Бухановский нашел органическую патологию у 4 из 16 обследованных им больных. Им же описан “…определенный личностный радикал или сочетание нескольких черт личности, доходящих до степени акцентуации или превышающих ее, а также соответствующий стиль воспитания… преморбидная акцентуация, эпилептоидно-неустойчивая, неустойчивая, гипертимно-эпилептоидная, гипертимно-неустойчивая, доходящая до уровня психопатии” [3].

Согласно американскому диагностическому и статистическому руководству по классификации психических расстройств DSM-IV (1996), основной чертой патологического гэмблинга является "хроническая и прогрессирующая неспособность сопротивляться желанию участвовать в азартных играх и участие в азартных играх, которое компрометирует, разрушает или повреждает личные, семейные или профессиональные интересы. Участие в азартных играх, стремление к нему и активность в этом направлении усиливаются в периоды стресса. Проблемы, возникающие как результат гэмблинга, ведут к интенсификации участия в азартных играх". Обращается внимание на наиболее частые проблемы, связанные с участием в азартных играх. К ним относятся прежде всего хронические долги, невыполнение долговых обязательств и другие виды финансовой безответственности. Характерны нарушенные семейные отношения, недобросовестное отношение к работе, различного рода противозаконные действия с целью получить деньги для расчета с долгами.

Патологическое влечение к азартным играм рассматривается с точки зрения пяти теоретических моделей [15]: а) наследственно-биологической, в рамках которой имеются указания на особенность у таких пациентов ОКО-2 гена, определяющего функцию допаминовых рецепторов; б) поведенческой; в) когнитивной; г) психодинамической и д) социальной.

Ученые, рассматривающие феномен патологической склонности к азартным играм в рамках поведенческой модели, считают, что в ее основе лежат появляющиеся в процессе взаимодействия индивида и среды аддиктивные паттерны поведения. Когнитивная теория связывает патологическую игру с когнитивными ошибками, иррациональными убеждениями и так называемой «иллюзией, контроля». Типичны следующие когнитивные ошибки игроков: персонификация игрового автомата («игровой автомат похож на меня») или типичное объяснение проигрыша («я проиграл потому, что был невнимателен»). К иррациональным убеждениям относят следующие четыре стержневые характеристики: нетерпеливость к длительным усилиям («я должен выиграть в следующей ставке»), низкая фрустрационная толерантность («это ужасно, если я не выиграю»), искажение самооценки («я ничто, если я не играю и не выигрываю»), преувеличение («я не могу существовать, если я не играю»). «Иллюзия контроля», игрок верит, что может контролировать случайные события посредством различных способов ритуального поведения [15].

Психодинамически ориентированные терапевты объясняют компульсивное поведение игрока доминирующими психологическими защитами, присущими обсессивно-компульсивной личности.

Наркозависимость и коморбидные поведенческие расстройства и девиации, которая в условиях стресса и повышенных нагрузок преобразуются в симптоматическое поведение, приобретающее характер ритуала или компульсии. Наибольшее значение имеют такие защиты, как «уничтожение сделанного», «фантазии о всемогущественном контроле» и «реактивное образование» [15].

Американский психолог, Джефри Хейнепс выдвинул следующую теорию формирования зависимости от азартных игр. Людям нравится сам процесс игры на скачках, казино, лотереи, а не только выигрыш. Это становится опасным, когда это принимает патологическую форму. Хейнепс выделяет следующие стадии развития патологического влечения: выигрыш, проигрыш, отчаяние [37].

После первого выигрыша у человека формируется мнение, что он удачлив более чем другие. Затем человек считает, что может поиграть с теми деньгами, которые он выиграл и входит в азарт. Потом, проиграв выигрыш, он играет на сбережения и так втягивается. На данном этапе это можно считать патологией. Человек не уделяет времени работе, ворует, играет в надежде выиграть. Проиграв, он обращается к родным за помощью, как бы раскаиваясь, обещая больше не играть. В конце двух стадий появляется патологическое влечение, которое стимулируют рекламы казино, открытие казино и т.д. Таким образом, человек идет на преступление для того, чтобы разделаться с долгами [37].

Отчаяние заканчивается несколькими исходами. Некоторые патологические игроки сбегают, заканчивают жизнь самоубийством (20% случаев), оказываются в тюрьме или на лечении.

Есть основания говорить о существовании личностной предрасположенности к игровой зависимости. Ей обычно подвержены нарциссические личности, ориентированные на получение немедленных удовольствий без каких-либо затрат. Они способны быстро и глубоко регрессировать, если отсутствует прочная система духовных ценностей, что особенно опасно в молодом возрасте. Нарциссический компонент встречается и при других личностных акцентуациях, например, неустойчивой, истероидной и даже конформной [37].

Люди, принимающие участие в азартных играх, которые быстро становятся гэмблерами, до развития аддикции страдают нарушениями функции Я. Им свойственна низкая самооценка, плохая переносимость фрустрации, слабый контроль над импульсами. Они находят убежище в мире фантазий [37].

В.В. Зайцев и А.Ф. Шайдулина описывают игровой цикл, состоящий из следующих фаз. Фаза воздержания обусловлена отсутствием денег, давлением окружающих или негативными чувствами после проигрыша. Фаза автоматических фантазий характеризуется проигрыванием в воображении состояния азарта в предвкушении выигрыша; эти фантазии или воспоминания возникают спонтанно или под влиянием косвенных стимулов. Фаза нарастания эмоционального напряжения, чаще дисфорического, сопровождается учащением фантазий об игре или повышением сексуального влечения, стремлением к интенсивным физическим и интеллектуальным нагрузкам, нецеленаправленной активностью. Фаза принятия решения играть на первой стадии болезни проявляется в лихорадочном, схематичном планировании варианта выигрыша под влиянием нарастающих фантазий; на более поздних этапах решение отыграться приходит сразу после проигрыша. Фаза вытеснения принятого решения заключается в проявлении иллюзии контроля над своим поведением, в результате игрок идет навстречу угрозе срыва, не осознавая риска: получает большую сумму денег, выпивает, пытается сыграть ради развлечения. Фаза реализации принятого решения сопровождается сильным эмоциональным возбуждением, игрока одолевают фантазии о предстоящей игре; он впадает в транс, в котором находится до тех пор, пока не останется без денег или без сил. После игры он пребывает в подавленном состоянии, критикует себя и обещает больше не играть. В результате наступает эмоциональная разрядка, он прощает себя за данный игровой эпизод [15].

Болезненней всего игрок переживает не проигрыш, а невозможность продолжать игру. В процессе игры он предвкушает триумф и одновременно ощущает риск, эта смесь эйфории и страха служит ему наркотиком. Вследствие привыкания появляется потребность в игре “по-крупному”, в которой игрок рискует всем, вплоть до жизни. Для облегчения переживания страха смерти мозг выделяет внутренний наркотик эндорфин. Чтобы подстегнуть этот механизм, все чаще используется саморазрушительное поведение [37].

Анализ литературы показал, что люди, принимающие участие в азартных играх, которые быстро становятся гэмблерами, до развития аддикции страдают нарушениями функции Я. Им свойственна низкая самооценка, плохая переносимость фрустрации, слабый контроль над импульсами, чаще это нарциссические личности.

ГЛАВА 3. ЭМПИРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЕЙ ЛИЦ, СТРАДАЮЩИХ ИГРОМАНИЕЙ

3.1 Выбор и обоснование объекта и методов исследования

В исследовании приняли участие 18 человек в возрасте от 17 до 27 лет, подверженные зависимости от азартных игр. Среди них 17 мужчин и одна женщина. Выбор испытуемых обоснован тем, что все они проводят достаточно большое количество времени у игровых автоматов.

В ходе исследования были использованы методики, направленные на всестороннее изучение личности испытуемых, подверженных игровой зависимости. Применялись методики, направленные на изучение характерологических и типологических особенностей (опросник Леонгарда-Шмишека, ИТО), методики, позволяющие оценить эмоциональную сферу (Цветовой тест Люшера), ценностную сферу («Ценностные ориентации» (М.Рокич), «Выбор нравственных ценностей» (Матусевич)), что дает возможность определить содержательную сторону направленности личности, ее отношение к окружающему миру. Также использовалась проективная методика («Несуществующее животное»), позволяющая выявить качественные особенности личности.

1. Для выявления акцентуаций личности респондентов использовался опросник Леонгарда-Шмишека (Приложение 1).

Опросник разработан Н.Шмишеком на основе теоретической концепции «акцентуированных личностей» К.Леонгарда. Он включает 88 вопросов, направленных на диагностику 10 основных типов акцентуаций (гипертимного, эмотивного, тревожного, демонстративного, дистимичного, застревающего, педантичного, циклоидного, возбудимого и экзальтированного), а также 9 вопросов, составляющих так называемую «шкалу лжи». Обследуемому предлагается ответить на каждый из вопросов либо утвердительно («да»), либо отрицательно («нет»).

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5


© 2010 РЕФЕРАТЫ